00:20 

Со мной зашнуровать печаль.

...потому что воля моя сломит Богов.
Немного о будничном: мне нравится моя работа и я все же адски ненавижу людей.
На самом деле, тот факт, что у меня неплохо выходит впаривать людям что-то, от чего зависит моя зарплата, я понял, еще сидя в агентстве недвижимости. И, пожалуй, личные продажи - это то, что я действительно нахожу отличной мотивацией для работников и прибылью. Самое ценное, что я получаю, даже без этого - полезный опыт. Я смотрю на людей и учусь общаться с ними, и, когда нахожу общий язык с женщиной, которая ни с кем до этого не жаждала общаться, невольно вспоминаю случайно оброненный ответ в мою сторону "Мне кажется, ты не можешь не понравиться". Кто ж знал, что я вообще пойду продавать финскую одежду, а, раскачавшись и привыкнув, еще и подамся во фриланс. Но мне нравится. Да и на деле я ненавижу людей только после восьми, потому что люблю уходить раньше. Люди клевые, когда далеко от меня. И, видят боги, у них такие забавные технологии. Я, на самом деле, людей люблю бессмертной детской любовью.
Когда после нервного расцарапывания рук мне вдруг резко становится спокойно, я встаю с кухни и выключаю свет. Нет ни линз, ни очков, но я вижу, и мне хорошо. Я наощупь нахожу чистый лист бумаги, вывожу подушечками где-то там на другом черты своих и его набросков, и забиваюсь в дальний от света улицы угол, чтобы начать писать сказки, которые рассказывал Тьме несколько минут назад. Где-то оборачиваются Ветра и Тени, качает ногами Хозяин Города, заслышав долетевшие обрывки слов о себе. Мне не мерещатся лапки и заинтересованные взгляды рядом с листом, словно молчаливые просьбы "Ну прочти, прочти их вслух!". Я уже не проклинаю свою бессоницу, а вспоминаю, что это, в общем-то, излишний человеческий страх, навязанный глупой излишней ответственностью.
Наверное, скоро я начну развешивать по стенке свои заметки. Как тогда, когда некуда было девать пылающий разум. Теперь, в нашей квартире, наконец-то можно.

22:29 

В моих лапах тлеют ваши души

...потому что воля моя сломит Богов.


При моих интересных отношениях с Миром и Богами, какие бы не заявлялись, мне, судя по всему, только и остается, что рубить красным мечом прямолинейности. Когда я заворачиваюсь в шкуру, которую мне навязывают, или которую навязываю сам себе я, в случае, когда не успеваю придушить человеческое, мне становится слишком трудно дышать. Я уже не в том положении, чтобы прятаться в миры-на-двоих, не в том, чтобы давать людям те слова, которые они жаждут слышать. Руби их всех, направо и налево, давя их разорванные кости. Я делаю глоток пряного вина и спутываю нити, которые когда-то раскинул. В них уже нет нужды, как и в том, чтобы следовать за тем, что тянет меня вниз - ступени внизу уже рассыпались, разве стоит мне возвращаться на них?

[ Если что-то должно случится, оно случится в любом случае ]

Каждый звук отзывается в голове, меня пробирает до мурашек, пока я бегу выше. Кто-то падает, кто-то останавливается, но Жадность ведет меня. Я касаюсь нитей, не то цепей, не то канатов, которые не оборвутся; и мне не нужно оборачиваться, чтобы знать, что они все равно идут за мной. Для меня становятся тесными узкие квартиры-болота, золоченные лживыми обещаниями клетки, когда я раскидываю крылья и кричу, посвящая песни Миру и всем Богам, которые смотрят и которые еще не увидели меня. Смотрите на меня все вы, поднебесные пленники скуки, я покажу вам новый Мир!

[ Я один, но все же нас много ]

Когда ты в действительности [ не один ], это лишь толкает вперед.
Когда-то я давал чудеса кому попало, потому что хотел быть нужным.
Когда-то я берег все, что попадалось, чтобы ощутить чувство нужности.
Но я всегда берег те несколько чудес, которые не хотел отдавать просто так. Мне казалось, что их надо отдать стоящим, тем, кому они правда необходимы, потому что они слишком ценны для того, чтобы раскидывать просто так. Я хотел, но сомневался, и в итоге они все равно оставались в моих руках, чему я был несказанно рад впоследствии.
Но я всегда жаждал показать Мир и я его покажу.
Что бы ни ждало нас впереди, я смету все, чтобы ты на века запомнил то, каким же в действительности является душа этого мира.

[ ...И встанет за моими плечами армия безумных неубиваемых зверей (с) ...]

22:01 

Брат мой, Огонь поднебесный

...потому что воля моя сломит Богов.

Мы идем вдоль набережной и курим одну пачку на двоих, как, впрочем, и всегда. Поздняя ночь, людей уже нет, но вдалеке еще слышатся веселые вопли людей. Лето; запах вишневого капитана смешивается с чем-то цветочным.
Мы говорим о женщинах. Мы говорим о свободе. Мы обсуждаем Марка, ту новенькую рыжую медсестру, лекарства от простуды, создание колец, звезды, прошлое...но когда я задаю вопрос, он напрягается. Молчит, затягивается глубже, чем обычно, а потом отвечает (в его голосе уже нет оттенка улыбки):
- Ты слишком сильно затянул его в это. Это плохо кончится.
И когда я разглядываю ее покоцанные руки, мне думается, что у нас все равно не было выбора.
И когда мы сидим на мосту, спустя месяцы после этого разговора, я не могу не вернуться к этой теме. Я записываю его слова на руках, и думаю, что это то, что следует запомнить навсегда.

Ледяной поток воды сбивает меня с толку. Из зеркала пялится что-то растрепанное, мокрое и хлопающее синюшными даже в темноте глазами, но до меня доходит, что это я, лишь когда руки хватают под подмышки и сажают, чуть ли не закидывают, на стул. "Почему снова?" - а не "Что ты здесь делаешь?" - громом по съеденной мраком квартире, пока я удивляюсь наличию у меня подвижных рук. Похоже на послеобморочное состояние; пока он мечется и освещает комнаты, внутри что-то п-р-о-д-о-л-ж-а-е-т. Мир снова сводится лишь к зрению и голосам, к тому, что дают узнать другие чувства восприятия мира. Мне не нужно полотенце, которое он все равно накидывает, пытаясь сдерживать опасение в глазах.
- Ты пахнешь страхом. Такой кислый, аппетитный запах.
Когда, спустя год, я дохожу до этой страницы в его дневнике, мне становится немного смешно. Боятся того, чего не могут понять, и он: "Если это повторится, я разобью к черту это зеркало и выкину все из квартиры".

Рисовать, сидя на узком подоконнике, неудобно, но мне больше негде пристроиться. Нестерпимо хочется курить, хочется втянуть поглубже никотиновый дым, но вместо этого я грызу конфеты. На этом моя ненависть к сладкому только разрастается, я чувствую, как злюсь, но стараюсь не показывать. Он все равно видит, но сдерживает смешок, который замечаю уже я.
- Покажешь, может?
Но я не показываю еще с неделю, попутно сдерживая усиливающееся желание сжечь, порвать, утопить к чертям все альбомы и карандаши, после тех застрявших в ушах словах. Упрямство сильнее, даже если мир на листах получился немного кривым. И когда мне говорят "Я бы хотел увидеть, как ты оживишь его", дурные слова забываются сразу.

21:52 

...потому что воля моя сломит Богов.

Остались ровно сутки до того, как я покину этот город. Не навсегда, конечно - и не надейтесь - но мне нравится осознание того, что я снова выбрался с окольных троп на нужную дорогу. Меня едва не затянуло в трясину, однако я все равно увяз в ней ногой и не знал, куда двигаться дальше. Теперь мне легче; гораздо легче, потому что мне не нужно быть не собой и держать зашитым рот. Новый город ждет, как новая страница книги; старый хлопает по плечу и кивает, мол, иди и не оглядывайся. Это, на самом деле, ничуть не напрягает; ибо весь Мир - мой Дом, и нет в Мире места, где я не мог бы сотворить его своими руками.

Самый опасный яд в вечности - скука.

Разбирая вещи, я окончательно осознал две вещи: я действительно уезжаю и вырванные листы из дневника Каина мне уже не нужны. Целая стопка; пожелтевшая, мятая, перечитанная до того, что я помню уже не слова, а фразы; пропахшая пылью и табаком. Я хранил их в качестве одного из объектов памяти, но самым ценным все равно оставался клык. Я выкинул их, как и кучу остального барахла, которое потеряло свою необходимость господи, и зачем оно вообще было?. А клыку нужна новая крепкая нить. Его, помимо меня, носил только один человек, но мы с клыком не уживаемся - слишком разные, однако теперь я точно знаю, кому хочу его дать. Мое прошлое было приятным. Я ценю его, даже когда вспоминаю не лучшие моменты. Это все - опыт, давший мне много важного. Но я не прощаюсь с ним - не с чем, поскольку с тем, что не было нужно, я расставался в течении времени.

Я рад, что могу быть собой. Я рад, что новое имя почти пришлось мне в пору - осталось лишь пару условий, и все будет завершено. Я рад, что трубка снова в моих руках, что нити послушно переплетаются в пальцах, что последние остатки навязанного догорели без возврата. Я не знаю, что будет дальше, и не сильно жажду узнавать; прокладывать путь гораздо легче, когда ты не скован цепями, и когда безумие твоего разума вполне можно выплеснуть и дать ему осуществление.
Я слышу их шаги за спиной. Кто нужен - тот объявится. Кем бы меня не называли, это мало меняет картину моего мира.

Я стою посреди маленького зала с дверями и дырой в бездну посередине. Такая же есть и сверху, ровно над первой, в потолке. Мне смешно, и я говорю кому-то, что через них можно летать бесконечно.
Этот кто-то лишь кивает. Его нет, но я знаю, что он стоит где-то неподалеку. Здесь всегда есть кто-то, кто спокойно вливается в стены и двери, коими частично и является.
Когда я вываливаюсь из потолка, мне уже не так весело. Это должно быть больно, но я скорее разочарован такой предсказуемостью. Могли бы выдумать и что-то иное, нежели следовать моим словам. Стало темнее; я слышу пение из одной из приоткрытых дверей - но дверь не моя, поэтому я даже не прислушиваюсь. Двери - не мой вариант. Я из тех тварей, которые влезают в окно и стараются уходить через него же.
Однако же, сейчас ни это, ни отсутствие окон или дымоходов меня не беспокоит. Я вернулся почти туда, откуда начал, но это место все равно другое - как вариация того, на что я не натолкнулся раньше - меняет все не двери или недохозяин места, а книга, которая была мне так нужна.
То, что я не должен был вспоминать или знать; то, что возможно мне вообще не следует вспоминать; но это часть меня, слишком весомая. Я слишком раздражен незнанием самого себя, чтобы не прятать ее под рубашку, дабы унести с собой и узнать что-то новое о себе.
Из одной из дверей высовывается тень. Смотрит на меня, морщится и уходит.
Я ухожу тоже.
Навстречу себе.

20:25 

...потому что воля моя сломит Богов.
09.07.2016 в 14:10
Пишет troubled person:

11/07/2016
21:41
Курский вокзал.

Осталось совсем немного и мы будем в Питере.

URL записи

18:43 

...потому что воля моя сломит Богов.
Когда я разворачиваю пачку вишневого табака, она приветствует меня обещанием эмфиземы. Уже как традиция, как предвещание того, что я вряд ли увижу.
Запах отдает по всей кухне, после чистки трубки голова немного тяжелая, а во рту вкус мокрого табака. Не вкусно; я жалею о том, что не купил газовую зажигалку, потому что от нее прикуривать гораздо проще. Горло немного ссаднит, пока я раскуриваю ее. Дым заполняет кухню, разум и глотку.
Я думаю о том, как люблю Его.
Я думаю о том, что все иначе, чем я ожидал, и в хорошем смысле.
Я думаю о том, как много произошло с того момента, как я нормально курил трубку, и о том, что очередная затяжка дала понять - табак сигарет для меня уже все-таки слишком слаб.
Дым оплетает пальцы, когда я ловлю его.
Я думаю о том, что приблизился на шаг к воспоминанию о том, кто я.
Никогда не останавливайся, пробивайся, забирай, требуй - почти как выписанный по окровавленным рукам девиз. Мир ласково шепчет на ухо. Тикают в неправильные стороны часы.
Нет времени для чудес, нет времени для раздумий. Я переплетаю нити с дымом, зажав трубку в зубах. Первым, кто когда-то заметил, что я это делаю, был, как ни странно, Т. Но тогда я делал это сначала не осознано, а потом неумело, что, впрочем, нормально для ребенка.
Воспоминания о прошлом шипят и плюются ядом, а я рычу на них и заставляю заткнуться. Догорай уже.
Я думаю о том, что привычка стричь ногти скальпелем - не та, которой я могу похвастаться.
Глубоко вдыхаю запах табака с мыслью о том, что все еще не купил себе табакерку. В моей памяти все еще держится та восхитительная табакерка с рунописью и мечом, но я сомневаюсь, что такие до сих пор производят. Надо было попросить отдать ее мне вместе с клыком.
Тихо мурлычу песни под нос, когда затягиваться уже нечем. Если подуть - в воздух вырываются быстро потухающие искры.
Вот, чего мне не хватало, чтобы ощутить себя собой.

23:23 

...потому что воля моя сломит Богов.
Я уже давно поставил крест на себе и окружающих и планировал жить с пидором лучшим другом и 40-ка котами среди проводов серверов и тлена. Мы конечно смеялись над этим, но в какой-то степени могли ожидать такого.
Но ты пришел и снес крест и продолжаешь втаптывать мои страхи туда, куда им самое место, и дал мне возможность быть самим собой. Ты дал мне повод - более веский, чем собственное упрямство - сжечь взращенные временем, прошлым и людьми иллюзии, и двигаться вперед. Не "из-за того, что ты есть", а чтобы "делать тебя счастливее".
Дай мне время, и я заставлю тебя привыкнуть к тому, что ты мой до кончиков пальцев.
Дай мне время, и я покажу тебе то, на чем ставил крест ты сам.
Я люблю тебя.
Даже когда ты вырываешься из моих объятий или когда закатываешь глаза на мои очередные вопросы.

14:17 

...потому что воля моя сломит Богов.
- Мне страшно, - говорит он, обняв колени и забившись в угол темной комнаты за зеркалом. Я стою, напротив, по другую сторону, и смотрю на него.
- Я не хочу, - он почти догорел, кожа сухими лоскутами прикрывает темнеющие кости, пустые глазницы блестят от злобы за то, что я стираю его. Он хочет жить дальше, а от того злится лишь сильнее. Паразит, вскормленный временем; скопление присущего не мне. Мои руки касаются его лица, я стараюсь делать это нежно, но все равно ненароком продавливаю мякоть тлеющей щеки с чавкающим звуком. Шипит, но сил извиваться у него уже нет, пусть он и все равно пытается поднять рассыпающиеся руки с намерением пробраться пальцами в мою глотку. Пахнет лекарствами и жженной плотью.
- Ты все равно не сможешь забыть эти страхи и сомнения, - шепчет коряво вываливающимся языком, на что я отвечаю только улыбкой. Голосом - уже когда на руках пепел. Он все равно услышит меня, однако ответить уже не сможет. Огонь сжирает без возврата.
- Смогу.

13:08 

Птицы в бутонах ромашек

...потому что воля моя сломит Богов.

Никогда не забывай, кто ты есть на самом деле.

Этому научило меня время и разум, разум, который мы разделили на двоих, чтобы ни в коем случае не забыть. Он никогда не был Каином, а я никогда не был Авелем, сколько люди бы не искали отсылок к этой истории. Его крик все еще звучит в моих ушах, по рукам все еще стекает ледяная, колющая мелкими иголками вода. Не забывай. Не смей забыть снова. Не давай им стереть тебя. И я старался, я честно старался, не забывать о том, чего я и не помнил вовсе, держать под контролем собственное сознание и не погружать голову в омут чужого, как свойственно то людям в поиске себя. Но как можно забыть то, чего ты и не знаешь? Помнить то, что не помнишь. Говорить то, что вспоминаешь, когда хочешь дать этому оболочку из слов.
Ведь "Если забудешь кто ты, весь мир начнет разрушаться. Ты хочешь стать как те, кто живут просто потому что их оживили?". Цветы в руки, птиц на подоконник, больше выплевывания слов, которые слышат только твои мертвецы у кровати, но двигаться дальше, потому что бесконечная жадность - основа основ, и остановиться, сломаться перед чем-то - невозможно. Все равно заставить себя встать, потому что упрямство сильнее, даже если до этого сгорел до пепла, даже если забыл. Я найду, где вспомнить, и буду раз за разом разгораться все сильнее.

Никогда не забывай, что большинство правил поставили только люди.

Зачем? Я смотрел на них, сидя на подоконнике десятого этажа и свесив ноги вниз. Закрывал глаза и ловил то чувство, когда ты есть одновременно везде; когда ты - и ребенок, и уже мертвец во всех возможных вариантах; когда ты - в каждой частичке мира и каждом человеке; и забывал, что значит быть скованным. Его крики перешли на тихое ворчание, и, сопровождаемый тишиной и запахом сигарет и виски, он бродил сзади незаметной тенью, считая, что когда-нибудь я выпаду такими темпами.
Но после той сделки я не мог бы выпасть. Этот вариант гибели был для меня уже закрыт. К сожалению или нет? Но страх к тому времени уже почти догорел, оставляя пепел, от которого на языке было горько-сладко. Смерть приходит ко мне только для того, чтобы улыбнуться и взять очередной цветочный венок.

Зачем ты гложишь себя сомнениями, которые выдумал сам?

Действительно, - подумал я, и сжег их, как бумагу. На момент, когда мне задали правильный вопрос, внутри уже не осталось ни намека на клетку, ни цепи, держащей меня под контролем. Заржавевшие временем, уже ненужные; рыжий волк раздавил их лапой, едва задев, потому что в них уже не было нужды. Он, столько жаждавший свободы, даже замер от удивления. Подавился глотком свободы, закашлял поначалу от кислорода в запылевших легких, и поначалу человеческое еще искало лазейки, чтобы снова подняться, чтобы снова обрести хоть немного власти. Как же ты мог забыть страхи, сомнения, опасения, горечь? Но к черту.
Просто не забывай, кто ты.

01:08 

Бездна в моей душе цветет

...потому что воля моя сломит Богов.

Все до нельзя просто. Я люблю этого идиота целиком и полностью уже второй месяц и дико скучаю, когда не вижу его.
Странное чувство. Странное чувство, когда от незнания о том, что происходит с человеком и где он находится, не можешь толком ничем заниматься.
Странное чувство, когда все на своих местах и нет никаких неправильностей. Странен покой, странно быть собой, а не кем-то, кем желательно быть, чтобы избежать неприятностей и конфликтов. Странно, когда не надо затыкать себе рот и говорить только то, что можно. Странно, когда я не боюсь обнажить клыки и не боюсь, когда это делает он. Странно. И чертовски правильно.

Я, знаешь ли, еще тот зануда, и вообще невыносим, когда не могу выплеснуть накопившиеся нервы.
Помнится, мы вообще не собирались сходиться. Но как-то все в моей жизни происходит случайно. Посмотреть хотя бы на того долбоеба, который лучший друг...каким вообще образом мы подружились, Веселые Шаровары?

Иногда я снова перестаю верить в происходящее. Но я давно не чувствовал себя таким счастливым и таким влюбленным настолько, чтобы быть готовым порвать пасть любому, кто оскалит зубы. Мы проводим столько времени вместе, а мне все мало. Где-то я перегибаю палку, где-то веду себя глупо, но я все равно счастлив, когда ты улыбаешься мне. Я люблю твои руки, и не хочу выпускать их из своих. Впереди будет много проблем, в основном, в связи с переездом, что нормально на самом деле, и даже хорошо, как проверка того, насколько нам все-таки будет комфортно в стрессовых ситуациях друг с другом, но мы преодолеем это, я знаю. Покорять и ставить Мир на колени одному - клево, но вдвоем это куда приятнее. И пусть я все же плох в письмах-не-на-бумаге, однако...

Спасибо за то, что ты есть в моей жизни, клыкастый.

URL
13:14 

Своеобразненько

...потому что воля моя сломит Богов.
Вы отмечаетесь в комментариях, и я даю вам 7 ассоциаций с вами, которые первыми придут мне в голову. У себя в дневнике вы пишете, как эти вещи к вам относятся или как они с вами связаны, - как хотите, так эти ассоциации и объясняете.


От [J]Нёхиси[/J]:
14.06.2016 в 12:15
Тексты, лес, скайрим, нейропсихология, контроль, синий, Happy Wolf :D


читать дальше

* * *

От Мятный Дождь:
16.06.2016 в 17:10

Брат, кольцо, карты, сказка, свеча, честность, сладкая вата.


читать дальше

* * *

От shanni:
19.06.2016 в 18:13

Рыцарь, черные доспехи, хмурость, излом, поломанные пальцы, свет во тьме, кровь.

читать дальше

19:53 

Декларация намерения

...потому что воля моя сломит Богов.

Я достаточно редко что-то прошу у Мира. Это повелось с детства, когда я просил у него спасения долгое время, но, поняв, что никто не придет, просто стал искать другой выход. Мир не будет помогать мне, если я могу сделать все сам. И это нравится мне, поэтому я лишь два раза в жизни проклинал его, когда то, что я так любил, рассыпалось. И тем не менее, я действительно был лишь "инструментом" в одном из этих случаев.
Но я знаю, что любит Мир, и мне нравится давать это ему. А взамен, радуется похвале, ведь в очередной раз "вот этого ты точно не ожидал, а я ведь могу так!" я не перестаю удивляться происходящему. Я не думал, что так бывает. Хотя, если быть точнее, я сам решил и боялся думать, что так может быть, потому что это значило бы признать, что я не могу контролировать ситуацию сам. Что мой привычный склад жизни может измениться и я не смогу вогнать его в привычный распорядок. Все придется менять. Придется терпеть неизвестность. Придется вытащить уже привычные нити изо рта и спустить себя с цепи только потому что так может быть.
Я продрал глаза за короткий промежуток времени.
Кого-то любовь вгоняет в депрессию. Первая моя любовь вдохновила меня желанием быть сильнее.
Кого-то заставляет быть мимолетно-счастливым, а потом страдать из-за мелочей. Вторая заставила поставить на себе крест и смириться с одиночеством.
А я наконец смог вдохнуть полной грудью. И теперь я - это я, а не "молчи", "прекрати", "делай так, чтобы мне было лучше". Никаких чужих. Никаких "разных". Все идет к одному набору из четырех букв, зацепившему меня еще несколько месяцев назад, но я не произнесу его вслух, пока не пойму, что готов, пусть и чувствую, что это то самое имя.
И это приятно.
Я слишком устал сидеть на месте. Диплом ждет только одобрения, нити оплетают пальцы и мне не страшно тянуть за них, потому что последствия - лишь выпадающие на рулетке ячейки, существующие условно потому что нужны.
Мне уже все равно. Будет ли кто-то кричать, услышав мои песни во тьме ночи, решит ли Лес порычать на меня. Я - не Спаситель, и не жажду им быть. Зачем, если я могу быть тем, кем жажду быть?
Все будет. У меня появился лишний повод заставить Мир склонить голову, чтобы показать все его Чудеса и Дороги, как и прежде, двигаясь вперед, несмотря ни на что.

Следуй за мной, если не испугаешься тьмы.
Страх - лишь иллюзия Человека.
Тьма скрывает Свет, как и Свет порождает Тьму.

14:43 

...потому что воля моя сломит Богов.
Вся моя жизнь сейчас укладывается в одно слово.
ЧТО?
ЧТО?....
И в основном это относится к диплому. Поэтому не особо есть время расписывать все, что происходит. Но осталось не так много времени, и я смогу выдохнуть.
А тем временем у нас в проходе висит турник, бк заменила недогруша, и я приучиваю себя к нормальному режиму. Мне нравится двигаться вперед.

21:31 

...потому что воля моя сломит Богов.
Я не догадывался, что у кого-то действительно получится сделать так, что я буду думать о нем сутки. Что я буду просыпаться с мыслью о нем, засыпать с ней же, проверять соц.сети ради него...
Но у диплома это получилось.
Осталось совсем немного, и в теории-то готовы две части из трех, да чувствую, что мне скоро понадобится расслабить мозги чем-нибудь, ибо это уже перебор.

10:19 

Глава об убийстве печенья

...потому что воля моя сломит Богов.
Когда Т. вспоминает о моем существовании, я думаю что-то вроде "Охуеть теперь".
Кажется, эта резина будет тянуться еще очень долго.

......Yep!

Иногда мне советуют писать странные рассказы или рисовать упоротые комиксы. С тем, как скидываются вместе слова, это могло бы быть хорошей идеей. Если бы не.

......Yep!

Когда К. снова оказывается в больнице, я уже не удивляюсь. Я бы удивился, будь это не так. Надо было принимать протянутую руку, ты, кусок идиота.

......Yep!

Его попугай поглядывает на нас из-за клетки, а мне хочется вдарить по нему найт-велловской подушкой. Просто потому что эмоции. Интересно, это сдвинуло мою 4Э на позицию вперед, или психософия работает своим образом?

......Yep!

"Жизнь заставит тебя быть мягче, - говорила она, - Надо быть мягче."
Ну вот и будь мягкой и прогибайся подо все. Зря что ли меня жизнь делала жестче?

00:56 

...потому что воля моя сломит Богов.

- Знание, - говорит он, - это то, в правоте чего ты уверен безоговорочно. Однако если для тебя это истина, это не значит, что эта истина работает в чужом мире.
Его голос звучит эхом по пустой квартире, растекается вместе с дымком от трубки. Кажется, что мира за пределами квартиры не существует, и это ощущение нисколько не пугает.
- Так же как и то, что это знание бесполезно, пока ты держишь его в своей голове, - сизые струи оплетают тонкие пальцы, и дым от трубки гораздо живее, чем дым сигарет, реагирует на касания, - В отличии от животных, человеческие мысли нуждаются в звуке, это помогает им жить.
Шумит дождь. За окном темнота, нет ни одного выплевывающего тусклый свет окна, хотя, помнится, раньше они были. Но память может и лгать, да и у самих света только от зажигалки. Так спокойнее и легче дышать.
- Нас приучают молчать, приучают прятать искренность даже от самих себя. Мы боимся высказываться, и это губит нас. Мы высказываемся - и нас губят неправильные слушатели, в глазах которых мы боимся упасть. Но правда ли это так важно?
Он вздыхает. Кошка машет хвостом и смотрит на него с подоконника, иногда фыркая, когда дымок доходит до нее.
- Но, по крайней мере, мы знаем, что ждет нас. Будет тяжело, но разрезать нитки на пасти необходимо, правильно? Так же как и сделать это знание реальностью. Иначе все это будет бесполезным.
Посмеиваясь, стряхивает пепел в окно. Дождь моросит жалко и неуверенно, явно не прилагая ни капли усилий. Цифры на часах выглядят гармонично. Он тихо продолжает говорить, пока голос не становится совсем неслышным, но тени подбираются ближе, слушая.
Каждое слово повисает в воздухе.


URL
18:13 

...потому что воля моя сломит Богов.

У нас месяц - а я болею.
У нас месяц - а я смотрю со стороны и с трудом верю в реальность. Между тем, Мироздание продолжает прыгать вокруг и пищать о том, что оно может, а я дебил неверующий. Оно само в восторге от того, как удачно все сложило, да и я, не скрою, тоже.
"У нас месяц", - мысленно повторяю, смотрю на него и посмеиваюсь, когда мы обсуждаем то, что оба поставили на себе крест. От фразы "с возвращением", пусть я всего лишь сходил в магазин, не могу сдержать улыбку. Я показываю ему то, что мне нравится, и молча радуюсь, видя, что наши вкусы схожи. Смотрю, что нравится ему - и радуюсь, находя что-то интересное для себя. Вдыхаю запах с ткани толстовки. Аккуратно вытягиваю нитки изо рта, а он только говорит "прекращай вечно себя контролировать" и смотрит спокойно, без страха. Мне становится легче от мысли, что он сможет привести меня в чувство, если я съеду с катушек, а не забьется в угол или начнет потом этим стыдить.
На улице "по-питерски", как говорит мимолетно знакомый. Другой Город ждет и зовет, а я понимаю, что все идет правильно. Я вытаскивал себя из всего лишнего, но главного бревна в глазу не заметил. Как же так получилось?
Жизнь меняется внезапно. Я кутаюсь в его толстовку и зеваю, дожидаясь, пока он соберется.
- Тебе сделать с собой кофе?
- Ну..я не знаю...

Но вопрос был скорее из вежливости, мне кажется, что даже если бы он отказался, я бы все равно сунул ему с собой термокружку. Остатка кофе хватает ровно на три ложки, термокружка не выплевывает содержимое, когда я трясу ее, чтобы смешать все. Собственное самочувствие раздражает, но приходится терпеть. Мироздание похихикивает, когда я закрываю дверь и признаю, что счастлив и просто так не дам все это забрать даже ему. А ему и весело смотреть на то, как все меняется. Ему весело смотреть на то, как я снова начинаю взаимодействовать с миром, а не изредка колдовать на удачу.

Руки чешутся. Я хочу мастерить как можно больше всего, блокнот уже кончается от зарисовок идей, которые я не хочу потерять. Я нахожу остатки глины, еще мягкой, и вылепляю пару фигур. Глина застывает быстрее, поэтому я просто зарисовываю их на бумаге или голове. Идеи протягиваются одна за другой, я взахлеб перечитываю книги, нахожу новые, забивая разум знаниями еще активнее. Мой безмерный голод до новой информации вернулся с новой силой.

Смотрю на людей и обдумываю свои поступки в прошлом. Я ни о чем не жалею. Я снюсь сам себе, улыбаюсь и говорю то, о чем забывать не следует. Одним из важнейших уроков Каина был "Люди - опыт".

01:15 

Как ж я люблю подобную хуйню таскать

...потому что воля моя сломит Богов.
ВОУ ВОУ МИРОЗДАНИЕ ЧО ТАК В ЛОБ ТО
АХАХАХ
А
...но я понял, спасибо


shuwany & spirits-house
Другие тесты и гадания от Шувани

01:11 

Седые облака, краснеющие небеса

...потому что воля моя сломит Богов.

Мы идем по улице молча, но это ничуть не напрягает. За нас общается шумная даже вечером улица центра, треплются люди, пробегая мимо, шумит в деревьях ветер, скидывая капли редкого дождя вниз. Я думаю о своем и поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него. И вдруг, уже не в первый раз, осознаю себя безмерно счастливым.
- Эй, смотри, смотри, какой я могу сделать финт ушами! Ты не ожидал, да? Не ожидал же? Смотри, ты же не верил, а я и вот так умею! Ну давай же, похвали меня, тебя же это удивило, - продолжает вопить Мироздание, размахивая маленькими ручками. Не ожидал, каюсь. Не верил - но это оно знает даже лучше, чем я, слыша все мои решения.
Я сжимаю его руку крепче и тихо посмеиваюсь, вспоминая о догадливой "тетушке Полли". И обо всех решениях, которые в итоге растворились где-то в ящике "Не понадобится", а на их месте появились другие.
И когда я посреди ночи сижу на его кухне и курю, и когда загадываю желание, и когда сижу на заборе в ожидании, когда наконец он выйдет, мне кажется, что все гораздо серьезнее, чем я сам осознаю, и что я действительно влюблен.

Петербург встречает меня внезапной искусственной пальмой и бабочками в окнах. Это забавно, и я жалею, провожая пальму взглядом, что не успел рассмотреть, просто ли она искусственная или надутая. Я очень хочу рисовать - и первым делом не за кофе, а в книжный, который занимает почетное место на карте нового города сразу же, как тот, в который я точно буду заходить еще не раз и не два. Люди пахнут иначе. Я с интересом рассматриваю закоулки, магазины, вглядываюсь в окна....
...пока, задрав голову, не вижу дородную бабу в халате в окне, явно намеревавшуюся нагнуться. Пока она, стоящая к улице спиной, не успевает это сделать, давлюсь смехом и отворачиваюсь. А потом слушаю историю о курящем в окне полностью голом мужчине и задумываюсь, что разглядывать дома иногда опасно для собственной психики.
Возвращаться к одной и той же станции - почти то же, что заблудиться в трех соснах; и я вижу людей по несколько раз, старик с собакой уже улыбается, а короткостриженная девушка с розовыми губами даже не смотрит, заходя с нами в один вагон.
"У меня в каждом городе красноволосые женщины," - но поиски винограда на вино заканчиваются неудачей, а может, мы просто не дошли до него, однако я и без этого рад слушать этих забавных людей. В ноющей голове промелькают ассоциации и мне не терпится снова сесть за альбом, мне снова тесна бумага, но я стараюсь втиснуться в нее.
На прощание Питер разрисовывает небо дорожками облаков, намекая, что я все равно вернусь. Я и не спорю. Такое знакомство грех не продолжить, и я смотрю на рисунок, нарисованный через полчаса-час после приезда, и думаю, что мое мнение о Городе ничуть не поменялось.
Москва - мой любовник, Питер - моя невеста. (с)

Вдохновение бьет по заднице, по рукам, хватает за уши и вопит, что, вот де, оно пришло, какого черта я сижу. А я смотрю на него и пытаюсь понять, почему оно с чемоданами и закрыло за собой дверь на замок. На десять.
- Но..но мы же с тобой решили расстаться... - звучит жалобно, знаю, но я правда не ожидал, что оно решит придти. Мне прилетает по лицу альбомом и пачкой карандашей. Пока я собираю их, оно обретает форму, приглаживает рыжие пряди и придирчиво разглядывает себя, ожидая, пока я наконец закончу. Я нервничаю от неожиданности, поэтому тишина быстро заканчивается.
- Иди и пиши! Или рисуй! Да делай ты хоть что-нибудь! - ботинком по заднице, лицом в клавиатуру ноутбука; пока я иду по улице, оно бегает вокруг и вопит о том, что еще и где можно сделать. Оно вопит постоянно, но страдаю я - страдаю ли? - руки зудят, и я вдыхаю глубже, пока выбиваю слова по клавишам. Вдохновение сидит на подоконнике и медленно курит. Оно ждет плоды и заражает меня своим нетерпением. Боже, как я скучал по этому.

21:46 

Против себя даже в Эхо не ходят

...потому что воля моя сломит Богов.

...Я успеваю осознать, что делаю что-то не то, только когда замечаю кого-то рядом. Только тогда я осознаю, что уже достал нож, что жар сигареты дошел до фильтра и обжигает губы, что, черт побери, я зашел дальше, чем хотел. Я смотрю на него уже наверняка потемневшими глазами, и понимаю, что он не собирается меня возвращать. Более того, он с радостью пойдет дальше к тому, что потом будет так разочарованно вздыхать и пытаться уцепиться корнями. Лес тихо рычит, скалится, но я знаю, что это из-за опасения, что он принюхивается и всего лишь осторожничает. По вискам бьет жаждой. Но самообладание - необходимость, чертовски проклятая необходимость, в которую возвращает лишь едкий запах мангала.
...На выходе уже чувствую себя так, словно пробиваюсь сквозь стены купола. И желтая хищная Луна уже серо-белая, как положено, и холод пробирается по ногам, и я снова понимаю, что творю. Мне кажется, что город вокруг искусственный, но отличия я ищу уже скорее по привычке. Это интересно лишь поначалу.

Пока он курит, я перелистываю страницу и продолжаю читать книгу вслух. Запах никотина переплетается с лекарствами, за окном бушует ветер, судя по скрипу рам явно намереваясь вбиться в палату. Я не уверен, что он слушает меня, но мне и самому интересно, что будет дальше. Иногда он усмехается и отпускает комментарии касательно персонажей, а я только киваю.
Он говорит, что хотел бы умереть в лесу. Чтобы корни вплелись в его тело, чтобы сквозь кости прорастали травы и цветы, а в черепной коробке поселились жуки. Он говорит, что охотно оставил бы лесу душу, но до его любимого далеко ехать, и надо будет сделать это, когда его выпустят.
В палате пахнет табаком даже спустя неделю. Я провожу пальцами по подоконнику и зашиваю свой рот. Когда-нибудь я вытащу нитку. Когда-нибудь, когда окрепнет дерево на его костях.


Мироздание смеется и продолжает хитро улыбаться. Иногда оно похоже на маленькую девчушку, иногда - на сурового старика, но каждый раз оно ведет себя одинаково; каждый, но не сейчас. Я смотрю за этим, старательно вытягивая из себя лишние нити. Мне инстинктивно хочется отступить, человек внутри забивается подальше и трясется от страха, пока Ярость ухмыляется. И мне это нравится; я не боюсь и говорю то, что вертится на языке.

- Спасибо, Горький.
Я выдыхаю и давлюсь тихим смешком, затягивая нитку на губах сильнее, чтобы ничего не ответить. Да. Спасибо за прекрасный подарок и воспоминание, заставившее меня понять, что же мне необходимо делать дальше. Люди считают, что конец - это плохо, но я уже говорил, что люблю большинство своих воспоминаний, и что некоторые из них особенно ценные.


Небольшой факт моей жизни: стоит мне уснуть рядом с кем-то, я вижу этого человека во сне. Интересненько.



Страшный лес

главная